О ситуации в России
 

28 | 06 | 2017

Какие новые понятия и концепты необходимо вводить в современные курсы истории и обществознания?

Всем нам предъявлен один и тот же вызов, который заключается в необходимости выбирать, либо мы ждём, когда все закончится, стремимся как-то продержаться, пережить это сложное время, либо мы активно складываем собственное будущее. В образовательном пространстве идет – где более, где менее явно – эпистемическая борьба, противостояние и противопоставление разных систем знаний об обществе, устаревающих и новых. Что такая борьба происходит и она неизбежна, нужно принять за норму. Перед лицом новых вызовов времени образовательным обществоведческим дисциплинам придется вносить существенные коррективы в содержание этих дисциплин и их преподавание. Это содержание и итоговый багаж выпускника школы перед подобными вызовами времени могут показать свою несостоятельность и иррелевантность (полное несоответствие) происходящему в обществе. Свою роль в этой коррекции сыграют и современные знания и знаниевые конструкции, более релевантные нынешней общественной ситуации и ее изменениям

 

Эпистемическая борьба в образовательном пространстве

Перед лицом новых вызовов времени образовательным обществоведческим дисциплинам придется вносить существенные коррективы в содержание этих дисциплин и их преподавание. Это содержание и итоговый багаж выпускника школы перед подобными вызовами времени могут показать свою несостоятельность и иррелевантность (полное несоответствие) происходящему в обществе. Свою роль в этой коррекции сыграют и современные знания и знаниевые конструкции, более релевантные нынешней общественной ситуации и ее изменениям.

Всем нам предъявлен один и тот же вызов, который заключается в необходимости выбирать, либо мы ждём, когда все закончится, стремимся как-то продержаться, пережить это сложное время, либо мы активно складываем собственное будущее. В образовательном пространстве идет – где более, где менее явно – эпистемическая борьба, противостояние и противопоставление разных систем знаний об обществе, устаревающих и новых.

Что такая борьба происходит и она неизбежна, нужно принять за норму. Это наиболее стало заметно в истории, особенно новейшей. В обществе в последние годы получили широкий резонанс те эпистемические (знаниевые) и «деонтологические» (моральные) войны, которые происходят вокруг   образования , преподавания, пропагандирования новейшей истории страны, прежде всего – периода Великой отечественной войны и так называемого «сталинского» периода истории. Опять же, хотя эта часть обществознания в связи с изменениями международной обстановки (в первую очередь) более на слуху и обсуждаема (скажем, в СМИ), подобные войны не ограничиваются историей ВОВ.

В самые последние годы стал заметен уход от наметившейся ранее ориентации на «включение в международное (то есть, – западноцентристское) образовательное пространство». Больше внимания стало уделяться российской страновой специфике, критически переосмысливается период, когда считалось закономерным отождествление современного типа знаний и новых знаний только с теми, порой некритически заимствованными, которые стали приходить в школу с Запада начиная с 1990х, взамен утерявшим релевантность учебников позднего советского периода. Стоит задуматься над тем, как и почему пришли к краху эти образовательные дисциплины и учебники к концу 1980х, сопоставив прошлую ситуацию с современной. Также необходимо подумать и о последствиях подобной ситуации для учащихся, вступивших в жизнь с багажом школьных знаний об обществе в 1985-90ые годы.

Это прежде всего касается преподавания основ экономики, но не только ее одной.

Дело в том, что существенным признаком знаниевой основы дисциплин обществоведческого цикла, можно сказать, парадигматикой их , в 1990е стал «экономицизм» (1) .   Под этим термином понимается не просто превалирование экономических знаний или уклон в них как лежащие в подоснове , но и некритическое внесение в общественные дисциплины в качестве знаний об экономике, хозяйстве и (что существенно) развитии страны парадигмы экономических школ, прежде всего либеральной, « кейнсианской» и неолиберальной англосаксонских 19-20 века. В одних учебниках это заметно больше, вплоть до прямой апологетики монетаризма, финансо-центризма и всей системы категорий «Экономикса», говоря языком обществоведов, в других подобные понятия вносятся неявно. Некоторые дисциплины и учебники прямо или скрыто противопоставляют данной парадигме другие типы знаний. Политические дисциплины – в обществознании и истории, географические – в экономической географии.

Введение новых, более релевантных, знаний о современном обществе, мировом хозяйстве, прежде всего связанных с «механизмами» развития, может и должно следовать той логике, которую диктует складывающаяся ситуация. Невозможно перекомплектовать школьные курсы, на скорую руку дописать или переписать учебники. Но нельзя и дожидаться того, чтобы в качестве основных и адекватных учебных пособий учащимся пришлось довольствоваться только публицистикой и «пост-кризисной» литературой. Основное направление таких коррекций – внесение в содержание образования адекватных представлений о развитии страны, общества, человечества. Важно передать учащимся знания о механизмах развития и о том значении, которое они играют в истории страны. Необходима концептуальная замена существующей парадигмы «экономоцентризма». В данной статье мы предлагаем отправные точки новой парадигмы – концепты «совокупная мощь страны», «инфраструктурные мегапроекты» и знаниевые конструкции, более релевантные нынешней общественной ситуации. Но, прежде всего, необходимо представить целостную теорию и методологию концептов.

 

Что такое концепт?

В последние годы проблематика концептов стала предметом повышенного внимания исследователей, в том числе отечественных. Существуют различные подходы к выяснению их характерных черт и особенностей. С нашей точки зрения, концепты – это над-дисциплинарные знаниевые организованности. Концепт характеризует способ мыслить объективную диалектику мира. Он является призмой, через которую можно смотреть на мир, задавая тем самым рамку преобразований мира в целом. Изобретение концепта означает открытие новых представлений о том, что вообще возможно и что в принципе можно делать, на основании каковых представлений развивается деятельность.   Концепт определяет принципы развития и средства преобразования действительности человеческим творчеством.           

В энциклопедии эпистемологии и философии науки в статье С.С. Неретиной находим, что концепт «характеризует акт понимания и его результат, полученный в коммуникации, тем самым предполагая направленность на другого; акт схватывания смыслов» (2).

В «Политической концептологии» автор расширяет эту мысль: «идея концепта изначально предполагает направленность на другого. Это легко обнаружить, даже если просто исходить из этимологии слова: латинское conceptus означает не только схватывание, замысел, но и зачатие. Схватывание в один ментальный узел, или постижение смысла чего­то вообще, еще не ясного, еще слишком общего и абстрактного, требует своей выраженности, а поскольку такого рода схватывание всегда в той или иной мере интуитивно, оно требует постоянных поправок выражений его, прояснений и обговариваний, в результате чего из неясного «нечто» формируются контуры вещи» (3).

Согласно другому подходу, целостность концепта рассматривается как результат взаимодействия понятия, образа и понимания: «Понятийная составляющая, отражающая признаковую и дефиниционную структуру концепта, образная составляющая… и значимостная составляющая» (4) .

Целостность концепта, таким образом, рассматривается как взаимодействие понятийной, образной и значимостной компонент:

При разработке теоретических концепций от ученых требуется понятийно-категориальная проработка концептов, разработка понятий, движение от исходных концептов к категориально-понятийному   ряду. Последний обязателен как суть и несущее основание научной теории. Исходные же элементы «концептуального каркаса»   составляют множество иного типа (также творимый «план имманенции», как формулировал выдающийся французский философ конца 20 века и крупнейший исследователь и создатель концептов   Ж.Делез). По словам Делеза, «философы должны не просто принимать данные им концепты, чтобы чистить их и наводить лоск; следует, прежде всего, самим их производить, творить, утверждать и убеждать людей ими пользоваться» (5).

«Очистка» и «наведение лоска», пишет отечественный исследователь этой темы Л.Богатая, «относятся к переводу концепта на категориальный и категориально-понятийный уровни. Что же касается концептосотворения, то его можно определить, как своеобразное виртуозное прощупывание возможностей, поиск тех концептуальных форм, которые могут оказаться востребованными культурой.   Группу концептов, актуализируемых в тот или иной исторический период, можно рассматривать как своеобразный спектр структур, определяющих вероятное направление развития философской мысли» (4).

Как отмечает один из ведущих российских философов В. А. Лекторский, «между …разными традициями, разными концептуальными каркасами идет постоянное соревнование, в ходе которого они пытаются показать свою состоятельность, возможность с их помощью и на их основе справиться с решением различных технических, социальных и интеллектуальных проблем, с которыми столкнулась современная цивилизация. А при всем различии традиций и культур им все же приходится решать немало общих проблем» (6).

Итак, концепты изобретают, творят люди. Творчеством концептов занимаются мыслители. «Правильная» философия – в этом смысле, эвристическая вещь.   Концепты изобретают не вообще, а под (мега)проблему. Калибр проблемы должна быть МЕГА проблемой. Чтобы разъяснить смысл этой связи, можно привести пример из отечественной образовательной и психологической практики недавнего времени.

В Японии, например, считают, что Россия дала миру только один пример гуманитарной технологии общемирового значения. Это Загорский интернат слепоглухонемых детей и применявшийся его коллективом для реабилитации и обучения этих детей на протяжении многих лет метод Ильенкова-Мещерякова. Это метод в концептуальном плане фундирован на концептах философов Ильенкова и Спинозы – 1) мыслящее тело и 2) мышление как действие по контуру вещи. Это – авторские концепты. Они решают указанную мегапроблему «здесь и сейчас». Ответ на тот же вызов у эмпиризма – американский кейс тамошних психологов, случай воспитания слепоглухонемой девочки – уникума Хелен Келлер.

Упомянутые философские концепты были созданы Э.В.Ильенковым «под эту проблему», и одновременно решая ее. Не будь их – не было бы ничего подобного. Мегапроблема не была бы поставлена надлежащим (релевантным) образом и решена.   Ильенков по существу дал определение человеческой души методом "как ее создать".

Он разрешил проблему психофизического дуализма за счет того, что, работая со слепоглухонемыми детьми, у которых отсутствует зрение, слух, они не говорят, – там есть особая метода, которая была разработана Мещеряковым – он, работая с ними, прежде всего, как с протяженным телом,   у них формировал мышление.

Изобретая концепт, мы решаем мегапроблему, устраняем целый класс проблем, и получаем действительность с проблемами совершенного нового типа, и таким образом мы развиваемся, обогащая себя объективной диалектикой.

Создавая концепт, мыслитель переформатирует общественное сознание, а тем самым инициирует новые практики, в том числе научные и политические.

 

Замена парадигмы «экономоцентризма»

Парадигма обществознания диктует то, как устроен и «на чем основан» социальный мир. Основной   концепт обществознания прежнего мирового порядка homo oeconomicus (хомо экономикус).

Термину "экономический человек" (homo oeconomicus) отдельные авторы придают разные значения. Будем называть так модель или концепцию человека в экономической теории. Любопытное определение дает известный экономист и методолог Ф. Махлуп: "Homo oeconomicus – это метафорическое или образное выражение, обозначающее предпосылку гипотетико-дедуктивной системы экономической теории" (7).  

Место  обитания такого экономического человека – это, прежде всего, теоретические труды ученых-экономистов. В этом смысле в параллель "экономическому" можно поставить человека "социологического", "психологического", "политологического" и других.
         Отношение между экономическим человеком и человеком, участвующим в реальной хозяйственной жизни, – это отношение даже не между теорией и практикой, а между предпосылками теории и практикой. Этот тип отношения представляет собой серьезную методологическую проблему. Предпосылочность, о которой упоминает М.Махлуп, схватывается с помощью характеристики этой «модели» как основного концепта всей обществоведческой парадигмы. Вышеуказанный отрывок с «определением» этого автора относится   не к метафорам или образам, а к организованности «концепт».

Методологи экономической науки применяют различные группировки и описания отдельных свойств экономического человека. Однако разночтения между многочисленными дефинициями далеко не всегда можно назвать существенными. Общая схема модели экономического человека отражает точку зрения, принятую мейнстримом современных обществоведов.

Модель экономического человека сложилась в ходе более чем двухвековой эволюции экономической науки. За это время некоторые признаки экономического человека, ранее считавшиеся основополагающими, отпали как необязательные. К этим признакам относятся непременный эгоизм, полнота информации, мгновенная реакция. Правда точнее будет сказать, что свойства эти сохранились в модифицированном, зачастую трудно узнаваемом виде. Главная характеристика современного экономического человека заключается в максимизации целевой функции, это свойство, которое можно назвать экономической рациональностью.

Как инфильтровывался современный монетаризм и неолиберализм в систему знаний об обществе, и что может послужить ему ответом   в обществознании – является   дальнейшим предметом обсуждений в рамках модуля нашего проекта «Эпистемотека» – «Россия и новый мировой порядок»

 

Концепт мощи страны

В качестве новых типов или примеров междисциплинарных   знаний можно взять привнесение новых знаний о мощи страны. Одной из альтернатив господствующему экономицизму и монетаризму являются знания о силе или мощи государства и ее развитии.

Мощь страны (государства) – это новый концепт, который корреспондируется с остро вставшей в последние годы проблемой нового мирового порядка. Этот концепт авторский (его автор в СССР – Побиск Кузнецов, в Германии – Ганс Моргентау), снимающий дилеммы экономицизма (например , измерения общественного богатства в стоимостных единицах).

Как можно представить себе такую характеристику, как «сила» или « мощь» страны, и каковы факторы этой силы?

Классификация государств определяется их реальной мощью и влиянием в мировой политике,   способностью к действиям,     которые         приводят     к   системно-структурным изменениям.

Измерители мощи государства, факторы его силы обычно делят на материальные и нематериальные:

  • География, ресурсы , демография, военная мощь, экономика
  • Образование, научно-технический потенциал, качественные параметры «человеческого потенциала», культура, традиция, политические и психологические характеристики общества, качество   системы его управления

Всеобъемлющая, или комплексная мощь государства – интегральный показатель экономического, политического, военного, научно-технического и других потенциалов страны; включает в себя совокупность факторов, определяющих способность страны развиваться, сопротивляться трудностям, внешнему давлению, дезинтеграционным процессам, отстаивать свою систему ценностей и т.п.

Подход концепций мощи страны, в своей основе – общий в смысле единого понятия «power»: мощность-мощь-могущество. Уметь правильно оценивать, "мерить мощь " страны, найти меры общественных возможностей,   способностей, и далее – осуществлять их реализацию на практике, чтобы управлять на основе такого понимания реальности – залог верной стратегии развития. Благодаря такому подходу становится реальным оценивать статусную иерархию в мировой политике, мощь потенциальных соперников и потенциальных партнеров.

Концепт мощи страны в связи с международными отношениями имеет несколько значений. Это совокупный показатель развития страны,   отражающий ее ресурсы и возможности, мера влияния и способности преобладания в конфликтах и взаимоотношениях, как мирных, так и военных. Он прямо отражает главную цель внутренней и внешней политики страны – увеличение ее могущества. В английском языке слово power одновременно охватывает все значения, которые в русском разнесены, а именно «мощь», «могущество» и «державу». Например, термин «энергетическая сверхдержава» выглядит как «energy superpower». В этих терминах картина мирового порядка и взаимоотношений рассматривается как совокупность взаимодействий и влияний на мировой арене счетного числа крупных держав, или   great powers, к которым относят, прежде всего, США, Китай, крупные страны Европы (Англию, Францию, Германию), Японию, Индию, Россию и Бразилию (8).

Концепция «совокупной мощи страны», которая включает оценивание и измерение всех составляющих ее могущества как единой совокупности, появилась в 1960-70е годы в СССР (Побиск Кузнецов) и США (Рэй Клайн) (9). Позже и с учетом этих разработок она развивалась в последние годы китайскими стратегами (10).

В настоящее время учет и оценивание изменений   мощи и влияния стран, а не одни лишь расчеты показателей их экономического и финансового роста вроде валового внутреннего продукта (ВВП), становятся важным аналитическим инструментом, определяющим черты существующего и будущего мирового порядка – см.например недавний доклад Национального разведывательного совета США (11).  

На рисунке – график с соотношением мощи государств из второй главы этого доклада.

Конкретизация концепта «мощь государства»

Чтобы решить проблему концептуализации Нового мирового порядка , нам нужно перейти от старой экономоцентрической парадигмы ( с ее знаниями) к новой (требующей введения новых знаний).

Примером осуществления, реализации факторов мощи страны на практике в ее истории, являются как раз инфраструктурные страновые мегапроекты.

Ю.В. Громыко в книге «Антропология политической идентичности» писал об этом:

« ...Стоимость денег определяется мобилизационной мощностью страны, способной за два поколения за период в 50-60 лет создать новые инфраструктуры переосвоения территории, заселить эти территории разрастающимся населением, и не в изоляции, а во взаимосвязи и взаимопересечении с экономиками других стран. Проекты подобных инфраструктур должны быть предъявлены как абсолютно реальный символический капитал, определяющий намерение данной страны прорываться в будущее. С этой точки зрения мировые деньги являются специальной счётностью, обеспечивающей формирование подобных инфраструктур. Формирование подобных инфраструктур радикальным образом трансформирует существующую национальную и мировую экономику, поскольку инфраструктуры являются тем , что необходимо для деятельности всех.

Подобный подход … всё переворачивает с ног на голову. С этой точки зрения, основу претензий страны (на участие в формировании мировых денег) определяют не имеющиеся золотовалютные сбережения, но конкретные проекты развития всего набора инфраструктур – энергетических, транспортных, водных, систем связи, а также новых промышленно-производственных систем и т.д.

Национальная мощь определяется не монетаристскими параметрами, не наличием денег и «золота в хранилищах», а современными характеристиками мощи: энергоносители, технологии, ресурсы (например, чистая вода), демография , образование, знания, инфраструктурные проекты, человеческий потенциал.»

Речь идет   об инфраструктурных мегапроектах, доступных только сверхдержавам, а за ними – научные школы, фундаментальная отечественная практико-ориентированная наука, новые технологии и решения. Так и совершается развитие, порой через мобилизацию и даже жертвы. Так десятилетиями и широкими захватами накапливается мобилизационная совокупная мощь страны.

 

Инфраструктурные мегапроекты в истории России и их значение.

Из курсов истории и обществознания трудно почерпнуть знание о том, за счет чего и в каком направлении происходило развитие, в том числе – развитие страны (государства)   и ее глобальных параметров, таких как совокупная мощь.      

Предыдущей парадигмой (советского) обществоведения такие вопросы решались просто и однозначно. Речь шла о «прогрессе», прогрессирующем подъеме или движении общества от одной «стадии» к следующей. По сути, с заменой советской на «рыночную» существенных перемен не произошло – то есть, развитие представляется как прогресс в трактовке 19-20 веков.

Предложим для рассмотрения и внесения в курсы дисциплин примеры конкретных мегапроектов, таких как создание крупных инфраструктурных систем – транспортных, энергетических, межотраслевых. Внимательного рассмотрения заслуживают такие мегапроекты, как Транссиб, план ГОЭЛРО – единая энергосистема страны, Северный морской путь и другие. Не менее интересны мегапроекты подобного рода, но уже не в региональном, а в структурном разрезе. Это создание ракетно-ядерного потенциала страны и космический проект (1940е- 70е годы), создание отрасли радиопромышленности в связи с постройкой системы ПВО Москвы – проект «Беркут», начало 1950х гг. Они в достаточной мере описаны только в последние годы. Осознание их роли и конвертация в новое знание в обществоведении представляется насущной задачей.

Эти мегапроекты и формировали несущие компоненты инфраструктуры страны и были подлинными «механизмами» ее развития – а не абстрактный «прогресс», «экономический рост» или политические и административные решения глав верховной власти. Целый спектр разного рода знаний связан с пониманием того, что они собой представляли и как реализовывались. В ходе их развертывания в стране были созданы не только институциональные структуры науки, промышленности и образования (группы институтов, ведомств, производств), но и новые отрасли, научные дисциплины, возникли новые формы человеческого потенциала. Ярким примером в   данном случае является институт генеральных конструкторов. К примеру, из проекта ПВО выросли не только отрасли радиопрома, но и новые науки (такие, как инженерная психология – тогда возникла и была решена проблема «оператор-монитор»). Учащиеся смогут на конкретных и развернутых образцах Транссиба, ГОЭЛРО, ракетно-ядерного и космического проекта получить знание о тех факторах и личностях, которые «двигали развитие» страны через формирование компонентов ее совокупной мощи.

И в будущем алгоритмы развития страны могут быть связаны именно с такого рода инфраструктурными мегапроектами, институтами и людьми. Подобные этим советским мегапроекты являются реализующими элементами нового технопромышленного и социокультурного уклада. Поэтому тип знаний о них имеет прорывной характер и решающее значение в период преодоления   глобальной кризисной ситуации. Каждая из дисциплин обществоведческого цикла может внести вклад в знания о развитии с использованием подобных примеров. Достаточно погрузиться в подобную проблематику и под ее углом внести в них   соответствующие дополнения.

Возможность введения представлений о совокупной мощи страны и ее факторов в предметы обществоведческого цикла

В какие предметы можно ввести соответствующие знания, и к каким областям они относятся?

Центральный концепт совокупной мощи страны – в предмет «Обществознание».

Знание о динамике и конфигурации развития производительных сил страны – в предмет «Экономическая география»;

Знание об истории страновых инфраструктурных мегапроектов – Транссиб, ГОЭЛРО,   Севморпуть, создание ракетно-ядерно-космической отрасли и т. д. – в предмет «История» (история 20 века).

В нынешних условиях возможен проектный ход – попытаться внести в существующие курсы школьного цикла, на совершенно конкретных секторах или кейсах, новые типы знаний, через ввод моделей и понятий. Критерий такого ввода – неустранимые ограничения, наложенные существующими в этих курсах моделями и понятиями (такими, как «экономикс»).   Это прежде всего касается преподавания основ экономики, но не только ее одной.

В рамках проекта Эпистемотеки в модуле «Кризис и новые знания в экономике» мы предприняли попытки обсудить введение современных знаний об обществе, в первую очередь экономических, как ответ на вызовы   сегодняшнего времени. Основной рабочий ход – на концепты и концептуальные основания схем школьных учебников и пособий по экономике. Основой для   выявления указанных выше «неустранимых ограничений» стали материалы современных российских и зарубежных авторов по этой острой теме. Например, переводы интересных и заметных аналитических статей всемирной прессы.

Замечания к   введению нового знания по тематике "комплексной (всеобъемлющей) мощи государства (нации)" и новой счетности в образовательную практику предметов обществоведческого цикла

 

Перспективы введения этих форм знания в образовательную практику предметов обществоведческого цикла (как предметов общеобразовательного курса, так и элективных курсов) можно обрисовать исходя из следующего.

Традиционное знание о главных параметрах силы и влияния государства, преподаваемое в предметах обществоведческого цикла, не отвечает «вызовам времени». Неудивительно, что привычные механизмы решения социальных, экономических, политических и экологических задач стали работать медленно и плохо или вообще отказывают.

Разработка матриц и методик новой счетности, в том числе финансовой, идет на Западе уже достаточно давно. Их итогом, к примеру, стали разработки WorldBanc-а (12), в которой центральным моментом в оценке потенциала страны стала переосмысленная категория «богатства» – wealth – (страны, нации), претендующая на расширение аналогичного существующего понятия, основанного на капитале и труде. Рост благосостояния и развитие хозяйства и всей страны не поддается простому сведению к накоплению ею денежного капитала. Необходимы   дополнительные параметры в таких оценках «общего богатства» (total wealth ) или потенциала страны (нации) – ресурсы, энергоносители, технологии, продовольствие , чистая вода, человеческий потенциал. В отчете WorldBanc-а показано, что в «развитых» странах натуральные ресурсы – полезные ископаемые, земля, воды , леса и пр. – составляют 1-3 процента, материальные фонды –здания, машины, техника и т.п. – около 17 проц., а около 80 проц. приходится на "неосязаемое богатство" (intangible wealth). 93 процента из него приходится на «право и законность» в стране – rule of law – 57% , и 36% – на так же широко понимаемые факторы «образования» .   Важнейшая составляющая неосязаемого богатства нации – это образование, вносящая в него огромный вклад. Важны и факторы, влияющие на общее богатство через развитие образования в стране. Так, по оценкам WorldBanc-а, в малоразвитых странах каждый дополнительный год школьного образования населения приводит к росту общего богатства на 840долл в расчете на человека.   Это большая, но часто недосягаемая «прибыль» потенциала для таких стран, ведь средний уровень реальных затрат на образование в них составляет всего 50 долл. на человека.

Роль образования как главного «человеческого капитала» подчеркнуто важна в методиках «комплексной», или «всеобъемлющей национальной мощи».

«Человеческий потенциал», в особенности перспективы, возможности и формы получения образования, рассматривается как решающий фактор для процесса развития страны, в том числе и ее экономики.

Задача этой и подобных ей методик всестороннего оценивания факторов национального потенциала – вернуть смысл не только денежным, но и нестоимостным мерам счетности, в том числе и в экономико-финансовой сфере. Это необходимо для того, чтобы, к примеру, уметь релевантно использовать длинные циклы инвестиций в долгосрочные затратные инфраструктурные проекты . При существующей финансовой парадигме неолиберализма и монетаризма, в эпоху мирового экономического кризиса, обеспечить рентабельность финансирования такого рода проектов и развития страны вообще   , становится невозможным. В частности, чтобы верно рассчитать рентабельность вложений в крупнейшие инфраструктурные мегапроекты , нужно переходить к парадигме с релевантным учетом вклада таких институтов общества, как образовательные. Необходимо реально оценивать фактор того, что в существующей парадигме названо «человеческим капиталом», научиться понимать, во что обществу обходится обучение, образование, наука, – и   каков их реальный вклад и «отдача» в   накопление общего богатства. То есть, к примеру, каково по размеру влияние «года образования» (и т.д.) на рост будущего благосостояния, и каким образом оно в нем аккумулируется. Денежная или финансовая счетность становится при таком подходе не доминантным измерением, монопольно подчиняющим прочие «неосязаемые» факторы, и игнорирующим специфику «неосязаемых», или нематериальных, активов страны (intangible wealth, в терминологии WorldBanc-а). Активы страны мерятся не только в деньгах. Основной в нынешней парадигме показатель – ВВП в денежных мерах счетности, как национальной, так и «мировой валюты»,- не является релевантной мерой всего национального богатства и страновой мощи и влияния, а лишь одной из его составляющих.

Оценки богатства и меры мощи стран разрабатывались в СССР с 1970х (Побиск Кузнецов, НИР "Эффективность") и в США (ЦРУ, Рей Клайн с 1980х) (9) , причем это были операционные системы. Затем, на основе опыта американцев, японцев и немцев, в рамках стратегии всестороннего развития, выработанной под руководством Дэн Сяопина,   в 1990е годы подобную систему ввел Китай (13). Она операционна уже более 15 лет, является основой стратегии развития страны, называется «комплексная», или "всеобъемлющая мощь государства"- (по китайски цзунхе голи, по-английски comprehensive national power).

При переходе к концепту Мощь страны происходят "парадигмальные" сдвиги, связанные с переосмыслением адекватности понятий старой экономической системы. Так, например, очевидно, что ВВП страны является узким показателем, не подходящим для сопоставления разных стран и управления внутренними процессами. В отличие от «Мощи страны», ВВП не включает целый ряд "неосязаемых" компонентов и факторов, в том числе человеческий потенциал государства, образовательный потенциал и потенциал мегапроектов. Наиболее разработанными за последние десятилетия стали китайские научные концепции на основе «совокупной национальной мощи». В Китае научились сводить воедино метрики различных компонент "всеобъемлющей мощи" страны.

В последние годы , при президенте Буше, опыт комплексирования всех компонентов национальной мощи использовали американцы. Сейчас у них   операционна система DIMEFIL (сокращение о первым буквам от diplomacy, information, military, economic, financial, intelligence, and law enforcement) для синтеза всех аспектов экономики, дипломатии, информации и т.п., которую использует Командование стратегических специальных сил США , к примеру, как основу стратегии глобальной "борьбы с терроризмом" (14). DIMEFIL (или MIDLIFE) – аббревиатура подхода, включающего все элементы национальной мощи. Он может применяться в широком диапазоне операций и спектров конфликтов и включает проведение разведки и ее анализ, стратегическое и операционное планирование, тренинги, материально-техническое и организационное обеспечение, подготовку, инфраструктурное развитие, операции тактического уровня и многие элементы "инфовойны" (PSYOP). В целом, это предпочтительные методы проведения обеспечения и программ развития. Лидеры должны рассматривать свою роль соответственно всем элементам MIDLIFE – военному, разведывательному, дипломатическому, правовому, информационному, финансовому и экономическому.

Интерес американских ученых к проблематике оценивания и измерения силы (точнее – мощи, по-английски power), повысился с 1990-х гг. Не только последствия научно-технической революции и информатизации, но и недостаточная предсказуемость международного развития и невозможность руководствоваться одними только монетаристскими моделями, остро поставили задачу переосмысления источников силы государства. Необходимым оказалось введение комплексных показателей, включающих население и различные национальные ресурсы, как экономическую и военную мощь, так и «неосязаемые» активы, вроде дипломатии и культуры. Заказчиком исследований выступает военная разведка США. Конечная цель проекта — получить метод стандартизованных оценок для выяснения того, какие государства приближаются к статусу великих держав, то есть могут быть конкурентами США в постбиполярном мире; как отличить «колосса на глиняных ногах»   от действительно сильного противника, причем до того, как он создаст достаточный потенциал. Метод должен обеспечить определение группы «критических» государств с возможностью синхронного сравнительного анализа их потенциалов плюс сравнение скорости их развития в диахронном измерении. В этом направлении работает известный мозговой центр РЭНД–корпорэйшн (15).

Методология учета и комплексирования национальной мощи существует и в Японии, еще с 1970х годов. Не так давно на опыте китайской модели и разработки РЭНД разработана и стала применяться аналогичная стратегическая методика в Индии, "Индекс национальной безопасности"(NSI). В Казахстане указом президента в 2006г введена стратегия устойчивого развития страны на 25лет, полностью основанная на работе группы   П.Кузнецова 1970х годов и ведущаяся него продолжателями. В России в последние годы ( начиная с 2006 г)также появилась модель , разработанная неcколькими институтами под руководством А. Мельвиля из МГИМО по заказу Администрации Президента (так называемый «Политический атлас современности») (16).

Это – слабое подобие упоминавшихся китайских и американских разработок, их «симулякр». Она основана на чисто формальном подборе и компоновке в различные фреймы отдельных индексов из всевозможных рейтингов, составляемых международными организациями (вроде «Индекса мировой конкурентоспособности»), с прицелом на компьютерные визуализации . Модель Мельвиля отчасти совпадает с методиками WorldBanc-а, но абсолютно без стержневой концептуалистики «национальной мощи».

Весьма характерно, что американские аналитики, относящиеся к политологической школе неореалистов, доминирующей в наше время, рассматривают реальные изменения в геополитической конфигурации нынешнего мира как power play – взаимодействие всеобъемлющих национальных мощностей различных игроков, то есть стран и их коалиций. По итогам последнего конфликта в Южной Осетии один из них – Роберт Каган, к примеру, являясь жестким сторонником американского гегемонизма, пишет: «Владимир Путин – идеальное воплощение холодного реализма – пользуется благоприятной возможностью, чтобы изменить соотношение сил в Европе в свою пользу. Он, словно новый Фридрих Великий или Бисмарк 21 столетия, выигрывает малую, но решающую войну против слабого соседа под ошеломленными и беспомощными взглядами всего мира. Перед нами человек и страна, руководствующиеся 'интересами, определяемыми как власть/сила' ( "interest defined as power") – если пользоваться знаменитым определением Ганса Моргентау – и действующие в соответствии, по выражению того же Моргентау, с 'объективным законом' международной силовой политики (power politics») (17)..

Ганс Моргентау (Hans Morgenthau) – известный американский политолог и историк времен второй Мировой войны , один из основателей теории 'политического реализма' в международных отношениях и автор концепта «мощи\власти» (power). Именно это направление в СССР переосмыслил в своей концепции национальной мощи и в практической деятельности Побиск Кузнецов.

      

Заключение

 

"Мощностная парадигма", представленная упомянутыми выше работами и авторами , является действенной и операционной методологией, лежащей в основе стратегических анализов важнейших "игроков" на мировой арене в течение уже 30 лет и обеспечивающей успешное стратегическое развитие в «игре» основных мировых сил (держав) и в складывании мирового порядка. Свое место она отвоевывает в жесткой борьбе различных типов знаниевых парадигм и эпистемических политик в крупнейших мировых державах.

Отечественная традиция в методологии «совокупной мощи страны (нации)», представленная долголетними разработками и идеями П.Г. Кузнецова , может быть востребована в нынешние времена как основа для разработок новых курсов в образовательном процессе.

Актуализация этой проблематики и введение таких новых знаний в образовательную практику предметов обществоведческого цикла в настоящее время мирового кризиса и борьбы за новый мировой порядок является чрезвычайно важной.

Примечания и ссылки

 

1) Громыко Н.В. "Экономические утопии – подлинный субъект управления Россией» Российское аналитическое обозрение #8-9, 1998

Экономизм – экономический тип мышления – смело подмял под себя всю нашу действительность без остатка. При этом предпосылки для тотального уверования в идеи этой, всего лишь одной из многих американских школ были созданы, конечно же, руками собственной системы высшего образования. Основными ее особенностями по сей день остаются: оторванность теоретических штудий от соответствующих форм практики, монопрофильность и монопредметность, незаинтересованность в изучении и решении комплексных проблем, требующих взаимодействия многих наук и разных типов мышления.  Ориентация на американские и западные образовательные модели ничего не исправила в этом плане. Российская экономическая наука просто подменила ряд идеологических установок, но не изменила своих базисных методологических принципов.

Вопрос идет об изменении именно эпистемических структур, организующих наше видение мира и предопределяющих наши формы действия. Как изменить их? 

Модели реформирования собственного образования, ориентированного не на разорение, но на обогащение страны и ее развитие, должны быть выношены внутри самой России. Должны быть выстроены собственные эпистемические конфигурации, позволяющие обучать студентов решению комплексных социальных проблем и созданию инфраструктурных проектов. Для выяснения того, как эти конфигурации могут выглядеть на политологических, экономических, юридических и прочих гуманитарных факультетах, – требуется проведение специальных разработок. Но главное, что такая задача должна быть в ближайшее время поставлена.

2) Неретина С. С. Концепт //Энциклопедия эпистемологии и философии науки. Под ред. И.Т. Касавина – М.: «Канон+» , РООИ «Реабилитация», 2009, с.387

3) Неретина С.С., Огурцов А.П. Концепты политического сознания –«Политическая концептология», N.1, 2009, с.64-65

4) Богатая Л. Архитектоника и динамика концепта//Культура народов Причерноморья: научный журнал – Симферополь – 2005. – N74. – с. 213, 215   Электронный ресурс: http://librar.org.ua/sections_load.php?s=philosophy_psychology&;id=29

5) Делез Ж., Гваттари Ф. Что такое философия? Спб.: Алетейя, 1998, с. 14

6) Лекторский В.А.   Эпистемология классическая и неклассическая, УРСС Москва , 2001, с. 144

7) Maclup F. The Universal Bogey // Essays in Honour of Lord Robbins. L., 1972. P. 13.

8) Электронный ресурс: http://en.wikipedia.org/wiki/Power_in_international_relations

9) Пуденко С.П. "Комплексная мощь государства (нации)". Почему рухнул СССР и развивается Китай?- Альманах "Восток", – Выпуск: N 5(41), декабрь 2006г. Электронный ресурс:   http://www.situation.ru/app/j_art_1155.htm

10) Электронный ресурс: http://en.wikipedia.org/wiki/Comprehensive_national_power

11) Россию включили в список самых влиятельных государств 2025 года.

Электронный ресурс: http://lenta.ru/news/2010/09/21/powerful/ Американская правительственная исследовательская организация Национальный разведывательный совет (National Intelligence Council, NIC) поставила Россию на шестое место в списке наиболее влиятельных государств 2025 года. С полной версией доклада , подготовленного экспертами NIC, можно ознакомиться на сайте организации.

Электронный ресурс: http://www.foia.cia.gov/2025/2025_Global_Governance.pdf

Согласно графику, подготовленному на основе модели International Futures, в 2010 году наиболее влиятельным государством являются Соединенные Штаты Америки – на них приходится более 20 процентов влияния в мире, второе место занимают страны Евросоюза, третье – Китай, четвертое – Индия, пятое – Япония, а шестое и седьмое места достались России и Бразилии соответственно. К 2025 году, по прогнозу специалистов, расстановка сил изменится. США сохранят лидерство, однако доля их влияния снизится примерно до 18 процентов, на второе место выйдет Китай, который будет обладать примерно 16 процентами влияния, а страны Евросоюза скатятся на третью строчку. Индия останется на четвертом месте, дорастив долю влияния почти до 10 процентов. Япония, Россия и Бразилия останутся на прежних позициях, но Россия и Япония потеряют немного влияния, а Бразилия незначительно прибавит.

График, для которого были проделаны расчеты, должен иллюстрировать тенденцию движения к многополярному миру. Расчеты в модели International Futures были основаны на ВВП, а также расходах на оборону, численности населения и уровне развития технологий в каждом из вошедших в список государств.

Также в докладе NIC рассматриваются возможные сценарии мирового развития в ближайшие 15 лет: от сохранения существующей международной системы до возникновения различных угроз ее существованию. На сайте NIC сообщается, что новый доклад стал первым незасекреченным документом организации, подготовленным совместно с зарубежными специалистами. Так, в его подготовке приняли участие эксперты ИМЭМО РАН (Институт мировой экономики и международных отношений).

Расчетная модель доступна по адресу http://en.wikipedia.org/wiki/International_Futures#cite_note-4 http://www.ifs.du.edu/ifs/

12) Where is the Wealth of Nations?: Measuring Capital for the 21st Century Глава 7. Роль Человеческого Капитала и расчет неосязаемого богатства. Электронный ресурс: http://web.worldbank.org/servlets/ECR?contentMDK=20745213&;sitePK=407255

13) Ху Аньган, Мен Хонгуа. Подъем современного Китая. Всеобъемлющая национальная мощь и великая стратегия – Альманах "Восток", – Выпуск: N 2(43), сентябрь 2007г. Электронный ресурс: http://www.situation.ru/app/j_art_1195.htm

14) Understanding the Operational Environment: The Expansion of DIME

http://www.universityofmilitaryintelligence.us/mipb/article.asp?articleID=578&;issueID=45

15) Конышев В.Н. Американский неореализм о природе войны. Эволюция политической теории, Санкт–Петербург, «НАУКА»2004

16) Электронный ресурс: http://www.expert.ru/printissues/expert/2006/43/rossiya_v_mirovyh_ratingah/

17) Роберт Каган. Cиловые игры ("The Wall Street Journal", США), (Robert Kagan), 01 сентября 2008

Комментарии могут добавлять только зарегистрированные пользователи.

(c) Аналитическая группа "Восток" , 2001-2005 г.
Сайт оптимизирован для просмотра в Internet Explorer 5.0 выше, Netscape 6.0 и выше. Размер шрифта настраивается в броузере